Этот сборник нехудожественного Набокова начинается с подборки интервью. И надо сказать, что читаются они не менее увлекательно, чем иные художественные тексты. В сущности, все они были написаны Набоковым по заранее предоставленным списком вопросов, отредактированы и опубликованы только после одобрения автора. Так что это скорее его эссеи на тему набоковских взглядов на литературу и жизнь.
У Набокова весьма своеобразное видение мира. Он большой перфекционист по отношению к литературе и искусству. Его рассуждения об естественных науках звучат совершенно дико - он настоящими считает чистые науки математику и философию и, конечно, свою биологию (кто бы сомневался).
Да, когда Набоков пишет, что его список чтения в детстве это —«обычный для трехъязычного ребенка из семьи с большой библиотекой» думается мне, он, мягко говоря, лукавит. Хвастает. Это отнюдь не обычный список, даже и для многих взрослых. Не удивительно, что он так критичен к большинству авторов. Его детско-подростковая фаза «чтения всего подряд» уже включала весьма высокие образцы литературы. А с возрастом требования обычно растут, у вдумчивого читателя.

«А что вы читали в детстве?
Между десятью и пятнадцатью годами в Санкт-Петербурге я прочитал, наверное, больше беллетристики и поэзии – английской, русской, французской, – чем за любой другой такой же отрезок своей жизни. Особенно я наслаждался сочинениями Уэллса, По, Браунинга, Китса, Флобера, Верлена, Рембо, Чехова, Толстого и Александра Блока. Другими моими героями были Скарлет Пимпернел[21], Филеас Фогг и Шерлок Холмс. Иными словами, я был совершенно обычным трехъязычным ребенком в семье с большой библиотекой. В более позднее время в Западной Европе, между двадцатью и сорока годами, моими любимыми писателями были Хаусмен, Руперт Брук, Норман Дуглас, Бергсон, Джойс, Пруст и Пушкин. Некоторые из моих любимцев – По, Жюль Верн, Эммушка Орци, Конан Дойл и Руперт Брук – утратили для меня прежнее очарование и способность волновать. Отношение к другим остается тем же и, насколько я могу судить, уже не изменится.»


Преподаватель он был, судя по всему, из тех, кого одновременно любят и побаиваются. У него были своеобразные требования к знаниям студентов по тексту изучаемых произведений. И я могу только посочувствовать - у нас тоже на одном из курсов литературы был такой дяденька.
Вот, к примеру:
«При изучении знаменитой новеллы Кафки мои студенты были обязаны точно знать, в какое насекомое превратился Грегор[28] (то был выпуклый жук, а не плоский таракан неряшливых переводчиков), а также уметь описать точное расположение комнат, дверей и мебели в квартире семьи Замза.»

С другой стороны, можно только позавидовать тем, кто учился у Набокова. Можно соглашаться или нет с его оценками мировой литературы, но назвать их банальными или же скучными уж точно не получится.
Я много буду цитировать из Строгих суждений, так как они многое раскрывают в Набокове-авторе и писателе.
читать дальше

Набоков о себе:
читать дальше